Алексей Попогребский | BABYER Magazine

Искусство
Алексей Попогребский
Кинорежиссёр и сценарист Алексей Попогребский свой первый фильм –
20-минутную короткометражку – снял вместе с Борисом Хлебниковым в 1997 году. В 2003 году – полнометражный игровой фильм «Коктебель». В 2007 году фильм «Простые вещи» принёс режиссёру широкую известность. Далее следовали картина «Как я провёл этим летом» и экспериментальная короткометражка Bloodrop в 3D-формате. Каждый фильм получил международное признание. За сериал «Оптимисты», вышедший в 2016 году, режиссёр получил «Золотого орла» в 2018 году. С 2017 года Алексей Попогребский является председателем «Киносоюза». В 2018 году впервые был председателем большого жюри "Кинотавра". До этого – председателем жюри короткого метра. Алексей – автор сценариев ко всем своим картинам. В настоящее время является куратором курса режиссуры в Московской школе кино.

В Сочи с 9 по 16 июня 2019 года с широким размахом прошёл открытый российский фестиваль «Кинотавр», который в этом году отпраздновал 30-летний юбилей. Ради этого события собрались почти 4 тыс. кинематографистов и кинокритиков. За неделю фестиваля гости и жюри посмотрели 15 фильмов основной конкурсной программы, из них – шесть дебютов, семь киноработ женщин-режиссёров, 26 короткометражных фильмов и несколько кинолент, показанных вне конкурса.

Алексей, вы уже дважды на «Кинотавре» были председателем жюри – сначала короткого метра, затем и большого жюри, а в этот раз были приглашены в качестве гостя. С какой целью вы ехали на фестиваль в этом году? И в каком режиме вы работали?

У меня была определённая цель – пересмотреть все фильмы короткого метра. Ежедневно с 12 до 15 часов дня я смотрел фильмы короткого метра, а это ежедневный просмотр по восемь фильмов, а после этого ещё по два полнометражных фильма, которые были представлены в конкурсной программе.

За 30 лет своего существования фестиваль прошёл большой путь. Первый «Кинотавр» состоялся в 1990 году в Подольске, на следующий год смотр переехал в Сочи и базируется там до сих пор. Сюда съезжается вся пресса в поисках новых открытий в кино и освещения светских мероприятий фестиваля. Что изменилось за эти годы? Зачем сегодня люди едут на «Кинотавр»?

Когда-то люди приезжали на «Кинотавр» исключительно на тусовку, сейчас многие отмечают, какой деловой нынче стал фестиваль. Конечно, это праздник кино. Это и общение, и новые знакомства, и танцы до утра. Но сегодня люди хотят не просто отдохнуть и потусоваться. Угар и разгул нулевых сменился осознанным подходом. Люди приезжают посмотреть фильмы и понять реальную картину того, что происходит в первую очередь в авторском кино. Мне очень приятно, что кинофестиваль собирает абсолютно разную публику. Со мной на просмотрах фильмов были: Сергей Гармаш, Анна Чиповская, Юрий Стоянов, Саша Паль, Владимир Иванович Хотиненко был на всех показах со своей супругой Татьяной. Посещали все показы Дмитрий Дюжев, Александр Робак, Максим Виторган и многие другие.

Какое впечатление на вас произвели просмотренные на «Кинотавре» фильмы?

Если говорить о своём впечатлении от просмотра фильмов, то я их разделяю на хорошие и плохие фильмы, а не на духоподъёмные и депрессивные. Фильм бездарный и фальшивый намного сильнее вгоняет в депрессию, пусть он даже суперпозитивный и сахарный, чем внятное, выразительное авторское высказывание, пусть даже на тяжёлую тему.

В основном конкурсе на «Кинотавре-2019» – 15 картин, из них семь киноработ женщин-режиссёров. Как вы прокомментируете, что женщин в кино становится всё больше?

Меня такая динамика даже радует. В Московской школе кино у меня уже было пять наборов. Иногда девушек было больше, чем парней. Я считаю, что гендер в режиссуре не имеет принципиального значения. Это здорово, что, если женщина становится режиссёром, предвзятости к ней сейчас уже практически нет. Женщины сегодня снимают интересные картины. Есть замечательное изречение: «режиссёром может быть любой человек, пока не докажет обратное». Женщины, девушки, наши студентки в массовом порядке сейчас не доказывают обратное, снимают действительно интересные картины. В этом году на «Кинотавре» в коротком метре несколько призов получили девушки, среди работ которых была картина «Жених» Елизаветы Стишовой и «Плачу с вами» Паулины Андреевой.

Какие полнометражные картины вы бы выделили в этом году? Сейчас уже известно, что среди длинного метра главные призы распределились между тремя картинами: «Быком» Бориса Акопова, «Большой поэзией» Александра Лунгина и «Давай разведёмся!» Анны Пармас. В последние годы появляются комедии, которые находят дорогу к зрителям через сердца женщин. В прошлом году первой ласточкой стал фильм «Я худею» 2018 года с Александрой Бортич в роли девушки, начавшей худеть, чтобы угодить бросившему её парню. В этом году большой резонанс получила комедия «Давай разведёмся», где главный персонаж – героиня Анны Михалковой Маша – успешный врач-гинеколог, которая содержит семью, пока муж сидит с детьми. Алексей, вам понравился этот фильм?

Если говорить о полнометражных фильмах, то из увиденных мною картин – а я уехал раньше и отсмотрел только половину конкурса – я абсолютно воодушевлённый вышел после просмотра фильма Анны Пармас «Давай разведёмся». Совершенно блестяще, бесстрашно играет в этом фильме Анна Михалкова.

«Кинотавр» ежегодно представляет срез самого актуального, яркого и талантливого кино, от авторского и экспериментального до жанрового и зрительского. Что нового появилось в программе фестиваля в этот раз?

Мне было очень приятно, что в этот год фестиваль принял решение разнообразить деловую часть программы и впервые провёл форум киношкол. Из 600 присланных на «Кинотавр» фильмов 25 было отобрано для участия в конкурсе короткого метра. А если учесть, что пять из них были представлены от нашей Московской школы кино, это говорит уже о многом. Раз в год мы устраиваем индустриальный показ в кинозале «Октябрь», и из раза в раз мне приятно слышать, что у нас очень крепкий уровень фильмов, провалов нет. Для меня это предмет гордости. Для каждого есть возможность перенять то, что близко, то, что актуально для их склада личности. Наша задача как педагогов – прочистить им глаза и поставить свой собственный голос так, чтобы не растеряться, не сорвать его в самых разных рабочих профессиональных ситуациях, будь то авторский или коммерческий фильм, реклама, сериал.

Алексей, с 2012 года вы курируете курс режиссуры в Московской школе кино МШК. Расскажите, пожалуйста, кто учится у вас на курсе? Трудно к вам поступить?

Шесть лет назад меня пригласили для разработки программы «Режиссура» в Московскую школу кино МШК. И по настоящий день я курирую эту программу. Сейчас у меня уже шестой выпуск. Да, конкурс на режиссуру высокий для коммерческого заведения – шесть человек на место. Люди приходят сменить профессию или овладеть новой. Одним из важных результатов обучения должна быть способность этой профессией зарабатывать на жизнь. Мы гордимся тем, что у нас очень большой процент выпускников работает в киноиндустрии.

Кто может учиться в МШК?

Мы не берём ребят со школьной скамьи, так как это второе профессиональное образование. В режиссуру идти после школы – абсурд. Человек должен иметь какой-то жизненный багаж. То же самое касается съёмочного опыта. Сейчас, когда в кармане у каждого есть очень приличная камера, встроенная в смартфон, не снимать – это странно. Люди, которые прочитали кучу книжек, но говорят, что боятся снимать, утверждая, что не получится, – это для меня чёрная метка того, что человек ждёт пинок извне и сам не может себя смотивировать или набить синяки и шишки, что-то делать.

Как долго и чему учатся ваши студенты на режиссёрском факультете?

Они учатся два с половиной года. Два года длится период обучения и ещё полгода они снимают диплом. Бывает так, что люди доучились, но по той или иной причине не сняли свою дипломную работу. Как раз в русле этого принципа у нас всё построено на практике. С первого занятия ребята много снимают. Каждую неделю по этюду. Сначала документальные, потом игровые. У нас преподаются разные дисциплины: драматургия, история, теория и анализ кино, грамматика киноязыка, монтажное мышление. Мастерство кинорежиссуры – основная дисциплина в период обучения. Очень интересный первый семестр – документальный. За первый год ребята снимают огромное количество работ. Опыт документального кино учит видеть жизнь, а не воровать у других. Ребята много смотрят, и порой у них преобладает некоторая засмотренность. При огромной засмотренности все молодые норовят снимать про то, что они видели в кино. Не в жизни, не в реальности, а именно в кино. Это плодит дурную бесконечность штампов, визуальных стилистик, персонажей, которые идут уже по третьему-десятому кругу. Оборотная сторона засмотренности – это замусоренность сознания. Мы работаем по методике замечательного педагога документального кино Марины Разбежкиной, которая «прочищает» ребятам глаза.

Засмотренность заставляет ребят видеть через призму других фильмов. А на самом деле жизнь неизмеримо талантливее, чем фантазия любого автора. Видеть то, как люди существуют, видеть то, как ситуация складывается в реальной жизни, слышать то, как люди разговаривают, как звуки в жизни складываются в свою партитуру, – это огромный и очень непростой опыт. К этому приходится прийти как раз через систему этюдов. Это им помогает. Ребята сами снимают не постановочно, без оператора, без света, выхватывают куски жизни – это во многом помогает, когда уже во втором семестре ребята переходят к игровым заданиям, добиваться достоверности. Но достоверность – это не то же самое, что реализм. Реализм, проще говоря, как в жизни.

Что, по-вашему, самое главное, чему должны научиться студенты школы кино?

Кино бывает разножанровым. Это бывает фэнтези, сказки, боевики, триллеры, драмы, мелодрамы. Но внутри каждого жанра должно быть то, чего мы добиваемся, – должна быть достоверность, чтобы зритель проваливался в фильм и забывал о том, что для фильма специально расписаны мизансцены, чтобы он сопереживал. Достоверность – это главный ключ к этому сопереживанию. Для того чтобы эту достоверность ухватить, очень важен этот документальный семестр, когда ребята погружаются в жизнь, хотя параллельно у них идёт интереснейший цикл "Теории и анализа кино". Сейчас на основе этой дисциплины вышла книжка Камиллы Ахметовой «Кино как универсальный язык», которая интересна для любого, кто интересуется кино, а с другой стороны, отличный учебник для тех, кто учится.

Стремление к достоверности, умение видеть жизнь, выхватывать из неё, брать из неё, воровать, если угодно, – это важнейший навык для кинорежиссёра. И мы гордимся тем, что, снимая документальное кино, ребята потом ездят по серьёзным кинофестивалям документального кино и получают призы.

На «Кинотавр» в этом году были отобраны работы ваших студентов?

В этом году на кинофестиваль было отобрано пять фильмов с шапкой киношколы, режиссёры четырех из которых учились у меня. У ребят были действительно сильные работы, и многие критики и продюсеры говорили, какие работы понравились. Это были работы наших студентов. В этот раз победила работа, сделанная абсолютно в иной стилистике, выполненная в стиле перформанса, под названием «Топливо». Я считаю, что это хороший перформанс с очень сильной художественно-постановочной компонентой.

Что для вас режиссура?

Для меня режиссура – это в первую очередь умение рассказать историю, чему мы очень активно учим ребят.

Если вы видите, что сценарий по каким-то причинам не будет понят, востребован в настоящее время, какие слова вы находите, чтобы сказать об этом студенту?

На кураторском совете мы коллективно принимаем решение, стоит или не стоит снимать кино по этому сценарию. Да, бывает, что мы, рассмотрев на совете сценарий, не рекомендуем данному студенту снимать фильм по этому сценарию, не рекомендуем эту картину к запуску. И дальше он сам принимает решение. У нас на этот счёт есть своё изобретение, которое называется СССР – собственный страх и риск. Если ты веришь в свою историю, то на свой собственный страх и риск можешь принять решение самостоятельно, снять фильм и потом принести его на защиту. И кто-то на это идёт! Если же на совете утверждается сценарий, то мы ведём этого студента по драматургии, по кастингу, по постановке. Но важнейшая вещь – поскольку мы готовим студентов к реальной жизни, за всё они отвечают в первую очередь сами.

Вы отчисляете студентов с курса?

При поступлении, я считаю, у нас хорошо работает система наших заданий и собеседований, когда мы действительно можем понять, стоит человеку идти или нет. Но бывает такое, что, пока человек не поучится какое-то время, не поймёшь. Мы отчисляем, это бывает, но очень редко. Я стремлюсь к тому, чтобы не отчислять студентов, а чтобы они отчислялись сами. Но те, кто уходит, действительно, я объективно понимаю, что по тем или иным причинам не получается. Мы набираем 24–25 человек, но до конца с дипломными фильмами доходят 14–15.

Какого плана рекомендации вы даёте своим студентам, выпуская их в большую жизнь?

Наш совет и рекомендации – совещательные. Ребята имеют право к ним прислушиваться или пойти своим собственным путём, совершить собственные ошибки, могут нас и переубедить – и такое случается – и своей итоговой работой доказать, что они были правы, получив свой собственный результат.

У нас юная аудитория. Скажите, есть ли в Московской школе кино образовательные программы в области киноискусства для школьников?

У нас есть летняя киношкола для юных кинематографистов Filmmaking Teens от Московской школы кино и компании Disney в России. Здесь ребята могут попробовать себя в разных профессиях: от сценариста до монтажёра, снять свой собственный фильм. В течение двух недель под руководством профессионалов киноиндустрии изучают основы кинопроизводства, посещают мастер-классы по профильным дисциплинам. И, что особенно важно, получают обратную связь от педагогов. Я вижу школьников, которые пробегают с горящими глазами по коридору. Постоянно что-то тащат, что-то делают, варятся в своём процессе. У каждого есть возможность придумать свою историю, заразить ею других, защитить её, сколотить свою группу. У кого-то получается создать свою историю, а кто-то в качестве продюсера, оператора, звукорежиссёра, актёра проходит этот путь и после такого опыта идёт к нам поступать в МШК, кто-то имеет на руках воплощённую мечту – снятый фильм, кто-то с этими фильмами начинает участвовать в кинофестивалях. Попробовать себя в этом, понять, твоё или не твоё, раскрываются у тебя какие-то задатки или нет, – для этого как раз и есть Filmmaking и для детей, и для взрослых.

Какое образование вы получили и как оно помогает вам в жизни, профессии?

Я закончил факультет психологии МГУ по направлению «общая психология», по специализации «психология личности». Изучал психологию в Висконсинском университете. Моё образование помогает мне не умничать и не заумничать. Я много читаю, в своё время почитал и Хайдеггера, и Фрейда, и Сартра с Кьеркегором, и совершенно не люблю, когда в кино философствуют. Высокие темы – да, поднимаются, затрагиваются. Но кино – это не то место, где должно происходить философствование. Психология мне дико сейчас помогает в преподавании. И когда меня пригласили преподавать в МШК, я подумал, это даже на пользу, что у меня нет профессионального киношного образования, и поэтому я не буду воспроизводить старую систему. В дипломе у меня написано «психолог», «преподаватель психологии». Согласитесь, для кинорежиссера это редкий случай! Мне это очень помогает понимать групповой процесс на съёмках, как ведёт себя съёмочная группа. А у нас всё построено на групповом процессе. Это очень важный навык, который тоже дала мне психология. На занятиях по мастерству в МШК мы садимся в круг, и каждый может сказать своё мнение. Я высказываюсь последним. После того как высказались студенты. Это очень важный навык – уметь формулировать. Мы это называем «учиться друг об друга». Кинорежиссёру важно умение слышать и слушать. После такого опыта ребята могут снять своё кино, написать сценарий.

Все мы родом из детства. Алексей, вы с детства хотели снимать кино? Расскажите про своих родителей.

Я рос в интеллигентной семье. Бабушка и дедушка были врачами. Мама работала в советском НИИ проблем управления, занималась научной деятельностью и всегда интересовалась кино, искусством, культурой и продолжает до сих пор очень активно всем этим интересоваться. Папа, Петр Попогребский, был киносценаристом. Писал сценарии дома, и я неизбежно варился во всём этом, хотя у нас в доме не было огромных праздников со знаменитыми кинематографистами и никогда не обсуждалось с родителями, что я буду заниматься кино. С малых лет я ездил отдыхать в дома творчества Союза кинематографистов под Москвой, в Болшево, в Абхазию, в Пицунду. Как раз тогда, в семь с половиной лет, я посмотрел фильм «Восемь с половиной» Феллини, который запомнился мне на долгие годы. Папа со мной много разговаривал, обсуждал кино, но никогда не подталкивал в эту сторону. Но и запрета этому тоже не было. Я не был обделён родительским вниманием. Самым большим наказанием для меня было, когда папа отпускал в мою сторону ироничные замечания, что он умел делать чрезвычайно точно и остроумно. Вообще, папа невероятно много всего дал мне.

Какие детские увлечения способствовали тому, что вы стали кинорежиссёром?

Немалый вклад в развитие творческой составляющей внесло моё занятие в театральном кружке Театра юных москвичей при Дворце пионеров на Ленинских (ныне Воробьевых) горах, в который я попал совершенно случайно. Там были замечательные педагоги, среди которых – Александр Тюкавкин. Кстати, его первые выпускники – Александр Гордон и Григорий Константинопольский, который в 2018 году получил приз за режиссуру на «Кинотавре». Я учился параллельно с Викой Толстогановой, которая на нынешнем «Кинотавре-2019» исполнила главную роль сразу в двух представленных на конкурс картинах, одна из которых – картина «Гроза» Григория Константинопольского. Вместе со мной училась Юлия Баталова – жена Бори Хлебникова, которая теперь режиссёр монтажа, монтировала картину «Давай разведёмся» Анны Пармос, которая мне очень понравилась. Поэтому всё в свете взаимосвязано и в детстве для меня являлось некой питательной средой, из которой всё выходит.

Однако в кино вы пришли не сразу?

В юности я хотел быть психологом и, получив соответствующее образование, несколько лет практиковался в психологии, а заодно изучал языки и работал переводчиком.

Имея такой весомый багаж знаний, расскажите, как вы воспитываете свою маленькую дочь?

Дочка сейчас закончила первый класс в частной школе. Там небольшие классы и великолепные педагоги. Каждому ребёнку уделяется внимание. Учителя ведут уроки по авторским программам. В детях стремятся развивать творческое начало.

Вы закончили московскую английскую спецшколу. Прекрасно владеете английским языком. У вас есть опыт работы переводчиком. Как вы считаете, нужно ли маленьких детей загружать иностранными языками или подождать, когда они подрастут?

Изучение иностранных языков полезно. Почти с самого рождения мы говорили с дочкой на английском языке. Сейчас она учит два европейских языка, а в скором времени начнёт изучать корейский язык, звучание которого принципиально отличается от европейских языков, что благотворно влияет на мозговую деятельность ребёнка и в дальнейшем позволит легче справляться с многозадачностью.

Какие у вас воспоминания о школе?

В начальной школе у меня была очень строгая учительница, которая двойки ставила направо и налево, и поэтому воспоминания первых лет о школе не очень приятные. Зато далее мне везло с учителями. Очень хороший был учитель по физике. Поэтому физику я понимаю и люблю со школы, хотя в дальнейшем занимался больше гуманитарными науками.

Кем в будущем вы видите вашу дочь?

Сейчас трудно сказать, но круг её интересов разносторонний. Уже более года она с удовольствием рисует. Очень любит конструировать. Сама выбирает себе что посмотреть. И, как правило, это либо мультики, либо какие-то познавательные передачи. В школе, где она учится, широко и глубоко развивают творческое начало. Они и лепят, и рисуют, и плетут, и вообще много чем занимаются. Домой она приносит множество всевозможных поделок. Преподаватели стараются разглядеть способности детей, дать им развитие без нажима, в открытой дружеской обстановке творчества. Дочь любит учиться, познавать новое и с удовольствием бежит в школу. И это главное!

Алексей, что вы пожелаете нашим юным читателям?

Нужно быть любознательным, уметь слышать и слушать и учиться с удовольствием. А ещё мечтать и добиваться реализации своей мечты. И, самое главное, надо не бояться проявлять самостоятельность – верить в свои силы и, невзирая на трудности и преграды, бесстрашно идти к намеченной цели.